עברית

Юридические услуги нашей компании

Некоторые из наших дел:

текущие:

дело Б.Фельдмана и банка "Славянский

Дело журналиста И.Яковлева

Дело о земле Киевского национального университета

Дело Гранкиных

Дело об организации убийства директора АРК "Антарктика" В.Кравченко

Дело о покушении на мэра Одессы и др.

Справа "Одестехносервіс vs. Сайтарли та Єфтоді" (щодо повноважень третейських судів і прав на нерухомість)

завершенные:

Дело Obkom.net

Дело адвоката А.Федура

Дело Донецкие судьи vs. Украина

Дело о пребывании Пискуна на должности Генерального прокурора Украины

Дело Салов vs. Украина

---------

Українська правнича фундація 

Юридический юмор

Партнеры

Храм

Цитаты

e-mail:

info@ageyev.org

В. Агеев

В чем, на самом деле, обвиняют подсудимых по делу «Славянского»

В Артемовском местном суде г. Луганска продолжается слушание дела банка «Славянского»

Как уже сообщалось, в настоящий момент дело рассматривается в отношении только двух лиц – находящихся под стражей Бориса Фельдмана и Александра Заславского, и только по двум эпизодам: хищение и уклонение от уплаты налогов.

По законодательству Украины уголовное дело может рассматривать суд либо по месту совершения преступления, либо по месту окончания досудебного следствия, либо по месту жительства большинства свидетелей или обвиняемых. Ни один из этих признаков к Артемовскому району г. Луганска не применим. Защитники Б.Фельдмана утверждают, что ведение процесса в Артемовском суде подтверждает, что суд этот был тщательно выбран, но по критериям далеким от права и справедливости.

Столь много доблести при расследовании было проявлено, что слушать дело с такими обвинениями, например в Киеве, было бы просто нескромно. Пришлось искать куда бы это произведение следствия подальше направить.

В итоге направили в Луганск. Да и  судьи в Луганске ДТП со смертельным исходом совершают чаще, чем в среднем по Украине.

К тому же, как оказалось, в переданном в суд деле отсутствуют обвинения  в «отмывании денег», незаконном перечислении за рубеж милиардных сумм и таком прочем, о чем до этого заявляли в прессе руководители налоговой службы (см. «Бизнес» №36 (451), 03.09.01 - http://business.ua/n451/a7333/ ). Т.е., как и утвержалось защитой, эти заявления были надуманными. Сам факт того, что самое громкое экономическое уголовное дело, как заявляли налоговики «самое крупное в мировой истории дело об отмывании денег», для судебного разбирательсва направили в один из наиболее удаленных от Киева городов (причем нет никаких юридических оснований рассматривать дело в Луганске), что дело слушается в зале, где с трудом размещаются участники процесса, и где почти нет места для публики и журналистов, что суд запретил производить видеосьемку процесса, свидетельствует о полном провале следствия, который будут пытаться загладить, рассмотрев дело «подобранным» составом суда, в фактически закрытом для публики судебном процессе.

Причем, уже кажеться даже для судей становиться очевидной бессмыссленность обвинений, грубейшие нарушения при производстве следствия, и -  невозможность выненсения обвинительного приговора.

Но, с другой стороны, существует и пресловутый «социальный заказ». Поэтому судьи нервничают. Отсюда такие беспрецендетные ляпсусы как запрещение адвокатам заявлять ходатайства и жалобы, запрещение защитникам общатся с подсудимым, отказ защитникам в возможности выступить в дебатах, и даже вынесенное председательствующим замечание адвокату за ироничную улыбку.

Итак, в чем же заключаются обвинения выдвинутые против Фельдмана и Заславского?

Полностью с формулировкой выдвинутых обвинений можно ознакомиться на www.ageyev.org/cases/feldman/charges.htm

А мы остановимся на кратком анализе их содержания.

«Эпизод» первый - хищение

Б.Фельдман, как частное физическое лицо, получил по договору займа денежные средства от юридического лица - ООО «Ибрис», генеральным директором и учредителем которого он являлся.

При этом в качестве поручителя за Б.Фельдмана перед «Ибрисом» выступила иностранная компания «Дата текнолоджи», т.е. был заключен договор, который предусматривал, что если Б.Фельдман не сможет в срок возвратить денежные средства предприятию «Ибрис», то вместо него денежные средства «Ибрису» вернет «Дата текнолоджи» (после чего «Дата» получает право истребовать у Фельдмана уплаченную сумму)

До наступлении срока платежа, «Ибрис» обратился к Б.Фельдману с просьбой досрочно вернуть сумму займа. Займ был сроком на 3 года, а «Ибрис» уже через 3 месяца обратился к Фельдману с просьбой досрочного возврата суммы займа. Договор предусматривал право (не обязанность) Б.Фельдмана возвратить сумму займа досрочно.

Б.Фельдман представил «Ибрису» письмо в котором указал, что денежные средства вернуть не может, но пояснил, что против возврата суммы займа он не возражает, и предложил «Ибрису» обратиться к «Дате», поскольку по условиям договора «Дата», как поручитель, становилась солидарным должником.

«Дата текнолоджи», таким образом, должна была уплатить денежные средства «Ибрису», т.е. у «Ибриса» возникло право требования к «Дата текнолоджи»

Именно это право требования к «Дата текнолоджи» (именно к «Дата текнолоджи», а не к Фельдману), было выкуплено банком «Славянский» у «Ибриса».

В банковской практике такая операция называется «факторингом»

Т.е. банк уплатил «Ибрису» сумму, которую «Ибрису» была должна «Дата текнолоджи», а за это банк получил от «Ибриса» право истребовать эту сумму с «Дата текнолоджи»

Экономическим обоснованием такой операции, было то, что банк сам был должником «Даты». И, вместо того, чтобы оплачивать денежные средства за границу, банк просто купил долги своего кредитора, и произвел взаимозачет.

Кроме того, банк сначала получил это право требования и произвел зачет, а лишь потом, через некоторое время, оплатил «Ибрису» покупку этого права требования. То есть банк фактически «прокредитовался» за счет «Ибриса». С учетом стоимости кредитных средств на то время, для банка эта операция была весьма прибыльной. 

Т.е. фактически вместо того, чтобы проплатить указанную сумму нерезиденту – «Дате», банк проплатил ее «Ибрису» (резиденту Украины), а затем с «Датой» просто провел зачет.

На этом основании Фельдману выдвинуто обвинение в том, что он совершил хищение.

Т.к. он, якобы совершил обман, сообщив ООО «Ибрис», что не сможет вернуть долг. А на самом деле, утверждает обвинение, деньги у Фельдмана были, почти на половину требуемой суммы, но он «утаил» от ООО «Ибрис», то, что он мог погасить долг.

Но, во-первых, совершенно очевидно, что, обладая только частью суммы подлежащей возврату, действительно невозможно вернуть эту сумму полностью.

Во-вторых, те деньги которые у него имелись в тот, момент он, в действительности, вовсе не «утаил», а именно и передал «Ибрису» в погашение части указанного долга, а для погашения остальной части преложил «Ибрису» обратиться к «Дате»

Во-третьих, также совершенно очевидно, что, даже для очень хитрого еврея, в принципе невозможно «обмануть» самого себя или «утаить» что-либо от себя самого.

А Фельдмана обвиняют в том, что он, как частное лицо, утаил информацию от  предприятия, генеральным директором и учредителем которого он же и являлся.

Резюме обвинения по этому эпизоду следующее (приводим точную цитату):

«Фельдман Б.М. при участі Заславського О.В. привласнив частину отриманих від ТОВ „Ібріс” у якості позики коштів у сумі 7.466.260 грн., чим завдав КАБ „Слов’янский” шкоду у зазначеному розмірі» (обвинительное заключение, том 3, стр. 7)

Перед началом рассмотрения этого эпизода Б.Фельдман заявил ходатайство, следующего содержания: если рассматривается вопрос о том, что у ООО «Ибрис» что-то похищено, то он просит признать его потерпевшим по  делу, поскольку он является владельцем этого предприятия и таковым хищением ему как владельцу, очевидно, был нанесен ущерб.

Суд вынес определение, ходатайство отклонить. В мотивировочной части определения суд указал, что у «Ибриса» ничего не похищено, а речь идет о хищении у банка.

После этого, Фельдман заявил еще одно, аналогичное, ходатайство, о признании его потерпевшим, на том основании, что он один из главных акционеров банка, и в таком случае хищением ему также может быть нанесен ущерб.

Суд отклонил и это ходатайство. Но, на просьбу адвоката Андрея Федура, огласить мотивировку вынесенного судом определения, судья Лубяной заявил, что мотивов никаких и нет (!), т.к. это, дескать «протокольное» определение.

Здесь следует отметить, что украинской юридической науке до сих пор не известно, что такое «протокольное» определение  и почему оно не нуждается в мотивировке.

Но, следует также отметить, что согласно новому УК Украины, предметом хищения может быть только чужое имущество. Иными словами, нельзя похитить имущество, совладельцем которого являешься. Если же один из совладельцев как-то распорядился имуществом таким образом, что имеется конфликт с интересами иных совладельцев, то это гражданско-правовой спор, но вовсе не уголовное дело.

Однако никакого конфликта интересов и никаких споров у акционеров банка «Славянского» не наблюдается. Так, что в данном случае нет оснований даже для гражданского спора между ними, не говоря уже об уголовном деле.

Действительно, в деле отсуствует какой-либо документ, потверждающий наличие хищения или вообще нанесения этими сделками какого-либо ущерба банку. А совершенно очевидно, что нельзя похитить безналичные деньги, так чтобы  это не прослеживалось по документам.

Единственным документом, которым следствие обосновывало нанесение ущерба банку было заключение судебно-бухгалтерского эксперта Степина, который при производстве экспертизы пришел к выводу, что банку причинен ущерб. Но, допрошенный в суде, эксперт Степин, заявил, что он не может потвердить суду выводы своей экпертизы.

Подсудимые и их защита доказывают, что когда банк «Славянский» уплатил ООО «Ибрис» 7.466.260 грн., получил от „Ибриса” право требования на сумму 7.466.260 грн. (ровно), причем право требования, которое он смог осуществить путем зачета ровно на 7.466.260 грн. (а денежные средства за приобретенные требования были уплачены только после зачета), то банк  не только не понес никакого ущерба, но и совершил экономически выгодную сделку.

Продемонстрируем это на примере:

Господин А. (банк) был должен господину Б. („Дата текнолоджи”) денежную сумму в размере 100 грн., при этом господин Б. находился за границей.

Господин А. узнал, что господин Б. в свою очередь должен 100 грн. господину В. („Ибрис”). И, оказалось, что А. и В. живут рядом и дружат семьями.

Господин А. решил отдать 100 грн. господину В., а за это господин В. уступил ему свое право взыскать деньги с Б.

Таким образом, господин А. должен господину Б. 100 грн., но и господин Б. оказался должен господину А. 100 грн. И между ними было произведено то, что в гражданском праве называется „зачет взаимных встречных однородных требований”

Причинен ли в приведенном примере господину А. какой-либо ущерб? Можно ли утверждать, что в приведенном примере имеет место хищение 100 грн. у господина А.?

Очевидно, что нет.

В судебных прениях представитель государственного обвинения несколько изменил свою позицию относительно действий Заславского в этом эпизоде, и все же признал что никаких признаков хищения в действиях Заславского нет и в помине.

(Полностью текст выступления представителя государственнгого обвинения см. на www.ageyev.org/cases/feldman/procurorvdebatakh.htm )

Но, конечно, представителям прокуратуры сложно признать, что Заславский провел два года под стражей совершенно ни за что.

И Представитель Генпрокуратуры С.Бурдейный заявил, что государственное обвинение считает, что действия Заславского следует квалифицировать не как хищение, а как халатность. Халатность является гораздо менее тяжким преступлением, поэтому по мнению гособвинения к Заславскому необходимо применить аминистию, и освободить от наказазания. Правда до сих пор не ясно, почему суд продолжает содержать Заславского под стражей в зале суда, если даже обвинение признает, что Заславского следует освободить и от наказания и из-под стражи.

«Эпизод» второй – уклонение от уплаты налогов.

Второй эпизод обвинения – это то самое обвинение, на основании которого Фельдман 14 марта 2000 г. был заключен под стражу и содержался под стражей во время всего досудебного следствия.

Содержание обвинения является достаточно простым:

Фельдман, как генеральный директор, уже упомянутого «Ибриса», обвиняется в том, что якобы с его ведома в 1998-99 гг. предприятием «Ибрис» не были включены в состав валовых доходов денежные средства полученные предприятием по договорам займа от двух физических лиц. Одним из этих физических лиц был сам Фельдман. Это, по мнению, обвинения означает, что предприятие занизило состав валовых доходом и уклонилось от уплаты налога на прибыль .

Как многие помнят, вопрос о необходимости включения заемных стредств в состав валовых доходов, отечественной наукой и практикой давно решен. Денежные средства полученные по договорам займа не включаются в состав валовых доходов предприятия.

Вместо развернутого комментария этого пукта обвинения, я позволю себе процитировать (на языке оригинала) выдержку из Інформаційного листа Вищого господарського суду України від 29.08.2001 р. N 01-8/935 “Про деякі питання практики застосування окремих норм чинного законодавства у вирішенні спорів”:

Итак, отсутствие в действиях Фельдмана и Заславского состава преступления совершенно очевидно.

Очевидно, также что в течении более чем двух лет следствия налоговики не смогли найти никакого «компромата» на Фельдмана.

Конечно, сложно поверить, в Следственном управлении налоговой милиции ГНАУ и Генеральной прокуратуре, могут работать столь интеллектуально убогие типы, которые два года ведут следствие по таким обвинениям, и потом еще и поддерживают такие обвинения в суде. Но, увы, это так.

И происходит все это на деньги предоставленные украинскими налогоплательщиками.

Кстати, в практике Европейского суда по правам человека, выдвижение уголовного обвинения за действия, по закону не являющиеся преступлением, рассматриваются как нарушение ст. 7 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Соответствующее заявление Бориса Фельдмана в канцелярию Европейского суда поступило еще в ноябре 2001 г.

Но, на мой взляд остается еще вопрос: нужно ли привлечь к уголовной ответственности следователя выдвинувшего такое несуразное обвинение, прокуроров, которые эти бредовые обвинения в суде поддерживают, судью содержащего под стражей очевидно невиновных людей? Безусловно – да. Это только вопрос времени. И хотелось бы напомнить этим господам, что только деятельное раскаяние может смягчить законное наказание, которое неотвратимо их постигнет. 

Эта публикация отражает правовую позицию адвоката по делу в связи с оказанием юридической помощи Б.Фельдману в соответствии с законом (ст. 10 Закона Украины «Об адвокатуре»)

Виктор Агеев

www.ageyev.org

12 апреля 2002 г.